вторник, 17 мая 2016 г.

ЛГБТ-права и права человека

17 мая отмечается Международный день борьбы с гомофобией, бифобией и трансфобии. В последние пару лет он, как мне кажется, проходит менее ярко, чем раньше. И я пока не понял, хорошо это, или плохо. Но сегодня не об этом... Мояе праздничная проповедь философское размышление посвящено вопросу, который часто задают в самых разных аудиториях: а имеет ли смысл ставить вопрос об "отдельных" ЛГБТ-правах (LGBTIQ-rights, gay-rights) в то время, как права человека универсальны? Или, тот же вопрос, но с другой стороны: а на каком, вообще, основании ЛГБТ борются за "свои" права?

Я не считаю права людей с особой (отличной от гетеросексуальной и цисгендерной) идентичностью какими-то «отдельными» правами. Права человека универсальны. Однако они не присущи «человеческим существам вообще», так как нет и самой одинаковой для всех людей «человеческой сущности». Каждый из нас создает сам себя из своей свободы и тех внешних обстоятельств, которые он находит. Таковы, во всяком случае, мои экзистенционалистские взгляды.

В старом споре - права человека дают или берут — не правы обе стороны. Права человека делают. Причем, делает их каждый человек сам для себя. Право (не в юридическом смысле слова) — это человеческая реальность в форме выбора. Например, мое право на свободу собраний, это мой выбор идти на митинг, демонстрацию и т. д. Если же под давлением властей я решил остаться дома, то права на свободу собраний я себя лишил. Именно я — сам себя, а не власти — меня. Если я пойду на запрещенное властями мероприятие, меня могут арестовать, отдать под суд и т.п.. Но это уже не о моем праве, а о последствиях моего выбора, которые я принимаю. Выбора без последствий не бывает вообще. И выбор необходимо делать всегда — такова универсальная черта человеческого существования. Только поэтому и можно говорить об универсальности прав человека. Отказываясь от выбора, мы тоже делаем выбор в пользу правил, предложенных нам другими. Но в любом случае мы сами выбираем эти правила.

Мы делаем выбор на основании своих ценностей. Каждый наш конкретный выбор проявляет их иерархию. Если я решил не ходить на запрещенный властями митинг, значит для меня приоритетны ценности личной безопасности, лояльности, или чего-то еще. Каждый случай индивидуален. Если же я, не смотря на запрет, выхожу на митинг протеста, например, против гомофобной политики, значит мой приоритет — ценности личной свободы, принятия своей идентичности, гражданской солидарности, или чего-то еще. Каждый случай, опять-таки, индивидуален. 

Таким образом, ЛГБТ-права — это все множество индивидуальных выборов, которые делаются на основании личного приоритета ценности особенной сексуальной или гендерной идентичности. Не больше и не меньше. И здесь нет противоречия с универсальностью прав человека.


Один журналист спросил меня как-то: «А почему Чайковский не выходил на гей-парады?» Подтекст вопроса, разумеется, был провокационным: «А вам то почему не живется без гей-парадов?» Ответ на подобные вопросы может быть очень простым: у Чайковского была иная, чем у нас система ценностей. Трудно сказать, какая у него была сексуальная идентичность (не путать с ориентацией), но он точно не основывал на ней свою гражданскую позицию. Почему у нас иначе? Потому что мы - другие люди. И это «окончательная» причина.